Английский язык

Писатель Ник Аплин как-то спросил меня об успехах сингапурских шахматистов. Я стал рассказывать. Каждый раз, когда я произносил слово «успешный» (на английском — successful), он вздрагивал. Оказалось, что successful, я произносил как sexessful.

Вокруг — trash, внутри — fresh.

КАК Я ВЫВОДИЛ НА ОРБИТУ КОСМИЧЕСКИЙ КОРАБЛЬ

Никакого отношения к космической отрасли я не имел и не имею, и самый сложный технический агрегат, которым управлял — это автомобиль. Тем не менее, однажды мне довелось присутствовать при запуске американского космического корабля и управлять его полетом.

Дело было в 1976 году. Будучи студентом второго курса факультета английского языка, я искал подработку — катастрофически не хватало денег «ни на пиво, ни на девушек». К тому времени я уже имел опыт…
… показать весь текст …

О. Генри по-русски, при всём таланте его переводчиков (в первую очередь, Чуковского) не звучит, потому что О. Генри действительно совершил определённую революцию в языке американской новеллы. Без него этот тончайший языковой синтез, в котором плавают на равных цитаты из газет, из политических клише, из речей политиков, какие-то жаргонизмы, в том числе воровские, — без этого языкового сплава О. Генри не производит должного впечатления. Он великолепно работает со штампами, а чтобы знать эти штампы, надо, по крайней мере, там жить и читать контекст… И настолько многослоен этот язык. Я даже не знаю, с кем его сопоставить. Вот Зощенко, скажем, на фоне О. Генри довольно однообразен. Это юмор языковой прежде всего, юмор стилистический. И, конечно, самый адекватный перевод самого простого рассказа вроде «Последнего листа» или «Даров волхвов» не даст вам представление об этом писателе.

В английском языке есть интересное выражение «book hangover», дословно — «книжное похмелье». Это когда ты прочитал интересную книгу и долго не можешь от неё отойти.

Take it, Изя!

— Sorry.
— Бог проSORRYт.

Между прочим, современный английский язык по своей грамматике вообще довольно сильно похож на китайский (только китайский проще) — лингвисты давно это заметили.

Осенний сентябрьский вечер 1940 года. Японский порт Йокогама. У шумного причала ошвартовался транспорт «Красный партизан». Таможенники редко видели здесь советские корабли и осмотр провели с особой тщательностью. Документы у капитана оказались в полном порядке, грузы соответствовали накладным. Двери в любое помещение открывались незамедлительно. Штурман Иван Михайлович Фонарев свободно изъяснялся на английском и поразил таможенников не только вежливостью и доброжелательностью, но и пониманием яп…
… показать весь текст …